Пробѣжавъ съ четверть льё, онъ остановился на холмѣ, чтобъ посмотрѣть, не слѣдуетъ ли за нимъ кто изъ сотоварищей его- Увы! онъ слышалъ только крики, вопли убійцъ и, во время выстрѣловъ, видѣлъ рѣзню. Она продолжалась полчаса. По всему видно было, что французы отчаянно защищались. Наконецъ все замолкло.
Роландъ всталъ тогда и побѣжалъ черезъ Мулаю. Днемъ онъ прятался въ оврагахъ; ночью шелъ. "Нѣсколько финиковъ были въ эти дни единственною его пищею. Ввечеръ на третьи сутки сдѣлалась ужасная гроза съ проливнымъ дождемъ. Роландъ былъ въ рубашкѣ, изнуренъ и голоденъ. Онъ разсчитывалъ, что не въ-состояніи идти далѣе, и потому вдругъ рѣшился предаться врагамъ.
Увидя мароккскую деревню, онъ пошелъ къ ней. У колодца встрѣтилъ онъ женщину, которая закричала, увидя его. На крикъ этотъ прибѣжалъ молодой Арабъ и хотѣлъ поразить его ятаганомъ. Роландъ ждалъ спокойно удара и открылъ ему свою грудь Это движеніе остановило Араба. Другой Арабъ въ это время соскочилъ съ террасы и сдѣлалъ знакъ Роланду, чтобъ тотъ шелъ за нимъ. Роландъ повиновался.
Давъ ему отдохнуть и отогрѣться, Арабъ связалъ ему руки и ноги и велѣлъ ему спать, одѣвъ его попоною.
Поутру развязали его; но цѣлую недѣлю не выпускали. И это было съ хорошимъ намѣреніемъ, потому-что нѣкоторые Арабы караулили, чтобъ убить его.
На седьмой день пошелъ другой Арабъ, осмотрѣлъ Роланда и заплатилъ хозяину два дура. Роландъ быль проданъ за десять франковъ.
Ночью увелъ его новый хозяинъ тихонько, и черезъ три дня привелъ въ Дилда-Махрнію. Здѣсь онъ сданъ быль французамъ, выкупившимъ его за сто франковъ.
Между-тѣмъ плѣнъ офицеровъ становился день-ото-дня тяжелѣе. Коньярь просилъ позволенія написать письмо къ семейству своему и къ генералу Кавеньяку, и ему было дозволено. Наконецъ начальникъ племени, охранявшій его, вступилъ съ нимъ въ тайные переговоры, требуя семьдесятъ-двѣ тысячи франковъ за свободу всѣхъ плѣнныхъ. Коньяръ отвѣчалъ, что столько денегъ у нихъ нѣтъ. Переговоры длились три недѣли, впродолженіе которыхъ не разъ говорили Коньяру, что съ нимъ то же будетъ, что и съ прежними его товарищами. Арабы все спускали цѣну. Сперва на 50,000, наконецъ на 36,000. На этой суммѣ заключенъ быль договоръ, и позволено было Коньяру тайно увѣдомить губернатора Мелилы.
Все это узнали мы во время нашего передобѣденнаго путешествія на могилу Жеро. На каждомъ шагу указывали мѣсто: "вотъ туть убитъ тотъ-то!"