-- Пойдемъ же къ вамъ, сказалъ я наконецъ.
И мы отправились.
-- Я не въ-состояніи былъ бы описать, въ какой части города и въ какой улицѣ находится домъ Давида. Вопервыхъ, Мавры не знаютъ никакихъ названій улицъ; всѣ же онѣ у нихъ одинаковы. Знаю только, что мы ихъ прошли нѣсколько и, подойдя къ одному домику (и домы всѣ другъ на друга похожи), Давидъ постучался особеннымъ образомъ въ одинъ изъ нихъ. Ему отворила дверь женщина лѣтъ тридцати. Это была г-жа Азенкотъ. Изъ-за другой двери виднѣлись двѣ или три головки молодыхъ дѣвушекъ, выглядывавшихъ на насъ съ любопытствомъ. Пойдя на четвероугольный дворъ, поднялись мы по лѣстницѣ на галерею, съ которой нѣсколько дверей вели въ комнаты.
Одна изъ этихъ комнатъ была кладовою разныхъ товаровъ. На столахъ, стульяхъ и на полу набросаны были матеріи и ткани; на стѣнахъ висѣло разнаго рода оружіе; въ углу валялись туфли, сапоги и подобныя вещи.
Я и Маке (Жиро и Буланже отправились въ мечеть) были поражены изумленіемъ при видѣ этихъ богатствъ. Это была товарная изъ Тысячи и Одной Ночи. Я со вздохомъ пощупалъ свой карманъ, и не смѣлъ спросить о цѣнѣ. Наконецъ рѣшился и указалъ на шарфъ изъ бѣлой шелковой матеріи, съ широкими золотыми полосами.
-- Сорокъ франковъ, отвѣчалъ Давидъ.
Я вздохнулъ свободно. Это было удивительно-дешево Увы! я забылъ, что ни что такъ не разоряетъ, какъ дешевые товары! Узнавъ однажды, что все такъ дешево, я хотѣлъ все закупить. Многихъ вещей, которыя мнѣ пришли въ голову, не было въ этой комнатѣ; но едва я успѣвалъ назвать ихъ, какъ Давидъ, исчезнувъ на минуту, приносилъ мнѣ всѣ назваиныи мною вещи. Эта быстрота даже пугала меня.
Наконецъ вспомнилъ я еще объ одномъ, но ужь тутъ рѣшительно совѣстно было спросить. Я вспомнилъ, что видѣлъ въ Парижѣ у Делакруа портретъ мароккской женщины удивительной красоты. Мнѣ пришло въ голову, что со мною два отличные живописца, и что я обрадовалъ бы ихъ несказанно, если бъ доставилъ возможность списать такой же портретъ. Но какъ было объ этомъ спросить?
Видя, что я оглядываюсь вокругъ съ какою-то нерѣшимостью, Давидъ спросилъ меня:
-- Что еще прикажете?