В девять часов д'Артаньян был у гвардейских казарм и нашёл Планше в полной готовности. Четвёртая лошадь уже прибыла.
Планше был вооружён своим мушкетом и пистолетом.
У д'Артаньяна была шпага и за поясом два пистолета. Они сели на лошадей и бесшумно отъехали. Было совершенно темно, и их отъезд остался незамеченным. Планше ехал сзади, на расстоянии десяти шагов от своего господина.
Д'Артаньян миновал набережные, выехал через ворота Конферанс и направился по дороге, ведущей в Сен-Клу, которая в те времена была гораздо красивее, чем теперь.
Пока они находились в городе, Планше почтительно соблюдал дистанцию, которую он сам для себя установил, но, по мере того как дорога делалась всё более безлюдной и более тёмной, он постепенно приближался к своему господину, так что при въезде в Булонский лес он естественным образом оказался рядом с молодым человеком. Мы не станем скрывать, что покачивание высоких деревьев и отблеск луны в тёмной чаще вызывали у Планше живейшую тревогу. Д'Артаньян заметил, что с его слугой творится что-то неладное.
- Ну-с, господин Планше, что это с вами? - спросил он.
- Не находите ли вы, сударь, что леса похожи на церкви?
- Чем же это, Планше?
- Да тем, что и тут и там не смеешь говорить громко.
- Почему же ты не смеешь говорить громко, Планше? Потому что боишься?