Но у ворот он увидел Портоса, беседовавшего с караульным. Между обоими собеседниками оставалось свободное пространство, через которое мог проскользнуть один человек. Д'Артаньяну показалось, что этого пространства достаточно, и он бросился напрямик, надеясь как стрела пронестись между ними. Но д'Артаньян не принял в расчёт ветра. В тот миг, когда он собирался проскользнуть между разговаривавшими, ветер раздул длинный плащ Портоса, и д'Артаньян запутался в его складках. У Портоса, по-видимому, были веские причины не расставаться с этой важной частью своего одеяния, и, вместо того чтобы выпустить из рук полу, которую он придерживал, он потянул её к себе, так что д'Артаньян, по вине упрямого Портоса проделав какое-то вращательное движение, оказался совершенно закутанным в бархат плаща.
Слыша проклятия, которыми осыпал его мушкетёр, д'Артаньян, как слепой, ощупывал складки, пытаясь выбраться из-под плаща. Он больше всего опасался как-нибудь повредить роскошную перевязь, о которой мы уже рассказывали. Но, робко приоткрыв глаза, он увидел, что нос его упирается в спину Портоса, как раз между лопатками, другими словами - в самую перевязь.
Увы, как и многое на этом свете, что блестит только снаружи, перевязь Портоса сверкала золотым шитьём лишь спереди, а сзади была из простой буйволовой кожи. Портос, как истый хвастун, не имея возможности приобрести перевязь, целиком шитую золотом, приобрёл перевязь, шитую золотом хотя бы лишь спереди. Отсюда и выдуманная простуда и необходимость плаща.
- Дьявол! - завопил Портос, делая невероятные усилия, чтобы освободиться от д'Артаньяна, который копошился у него за спиной. - С ума вы спятили, что бросаетесь на людей?
- Простите, - проговорил д'Артаньян, выглядывая из-под локтя гиганта, - но я очень спешу. Я гонюсь за одним человеком…
- Глаза вы, что ли, забываете дома, когда гонитесь за кем-нибудь? - орал Портос.
- Нет… - с обидой произнёс д'Артаньян, - нет, и мои глаза позволяют мне даже видеть то, чего не видят другие.
Понял ли Портос или не понял, но он дал полную волю своему гневу.
- Сударь, - прорычал он, - предупреждаю вас: если вы будете задевать мушкетёров, дело для вас кончится трёпкой!
- Трёпкой? - переспросил д'Артаньян. - Не сильно ли сказано?