- Нет, я ничего об этом не знаю.
- Вам неизвестно, каким образом случилось, что я бросил семинарию?
- Совершенно неизвестно.
- Вот моя история. Даже и в писании сказано: «Исповедуйтесь друг другу»; вот я и исповедуюсь вам, д'Артаньян.
- А я заранее отпускаю вам грехи. Видите, какое у меня доброе сердце!
- Не шутите святыми вещами, друг мой.
- Ну, ну, говорите, я слушаю вас.
- Я воспитывался в семинарии с девяти лет. Через три дня мне должно было исполниться двадцать, я стал бы аббатом, и всё было бы кончено. И вот однажды вечером, когда я, по своему обыкновению, находился в одном доме, где охотно проводил время, - что поделаешь, я был молод, подвержен слабостям! - некий офицер, всегда ревниво наблюдавший, как я читаю жития святых хозяйке дома, вошёл в комнату неожиданно и без доклада. Как раз в этот вечер я перевёл эпизод из истории Юдифи[27] и только что прочитал стихи моей даме, которая не скупилась на похвалы и, склонив голову ко мне на плечо, как раз перечитывала эти стихи вместе со мной. Эта поза… признаюсь, несколько вольная… не понравилась офицеру. Офицер ничего не сказал, но, когда я вышел, он вышел вслед за мной.
«Господин аббат, - сказал он, догнав меня, - нравится ли вам, когда вас бьют палкой?»
«Не могу ответить вам на этот вопрос, сударь, - возразил я, - так как до сих пор никто никогда не смел бить меня».