- Чёрт возьми! Шутим же мы со смертью.
- И напрасно, д'Артаньян, ибо смерть - это врата, ведущие к погибели или к спасению.
- Согласен, но, ради бога, не будем вести богословские споры, Арамис. Я думаю, что той порции, которую вы получили, вам вполне хватит на сегодня. Что до меня, то я почти забыл ту малость латыни, которой, впрочем, никогда и не знал, и, кроме того, признаюсь вам, что я ничего не ел с десяти часов утра и дьявольски голоден.
- Сейчас мы будем обедать, любезный друг; только не забудьте, что сегодня пятница, а в такие дни я не только не ем мяса, но не смею даже глядеть на него. Если вы согласны довольствоваться моим обедом, то он будет состоять из варёных тетрагонов и плодов.
- Что вы подразумеваете под тетрагонами? - с беспокойством спросил д'Артаньян.
- Я подразумеваю шпинат, - ответил Арамис. - Но для вас я добавлю к обеду яйца, что составляет существенное нарушение правил, ибо яйца порождают цыплёнка и, следовательно, являются мясом.
- Не слишком роскошное пиршество, но ради вашего общества я пойду на это.
- Благодарю вас за жертву, - сказал Арамис, - и если она не принесёт пользы вашему телу, то, без сомнения, будет полезна вашей душе.
- Итак, Арамис, вы решительно принимаете духовный сан? Что скажут наши друзья, что скажет господин де Тревиль? Они сочтут вас за дезертира, предупреждаю вас об этом.
- Я не принимаю духовный сан, а возвращаюсь к нему. Если я и дезертир, то как раз по отношению к церкви, брошенной мною ради мира. Вы ведь знаете, что я совершил над собой насилие, когда надел плащ мушкетёра.