- Что делать! Моё призвание влечёт меня, оно уносит меня ввысь.
Д'Артаньян улыбнулся и ничего не ответил.
- И тем не менее, - продолжал Арамис, - пока я ещё на земле, мне хотелось бы поговорить с вами о вас, о наших друзьях.
- А мне, - ответил д'Артаньян, - хотелось бы поговорить с вами о вас самих, но вы уже так далеки от всего. Любовь вызывает у вас презрение, друзья для вас призраки, мир - склеп…
- Увы! В этом вы убедитесь сами, - сказал со вздохом Арамис.
- Итак, оставим этот разговор и давайте сожжём письмо, которое, по всей вероятности, сообщает вам о новой измене вашей гризетки или горничной.
- Какое письмо? - с живостью спросил Арамис.
- Письмо, которое пришло к вам в ваше отсутствие и которое мне передали для вас.
- От кого же оно?
- Не знаю. От какой-нибудь заплаканной служанки или безутешной гризетки… быть может, от горничной госпожи де Шеврез, которой пришлось вернуться в Тур вместе со своей госпожой и которая для пущей важности взяла надушённую бумагу и запечатала своё письмо печатью с герцогской короной.