Солдат вышел, чтобы исполнить приказание своего офицера. Фельтон сел в кресло, случайно оказавшееся возле двери, и стал ждать, не произнося ни слова, не делая ни одного движения. Миледи владела великим искусством, хорошо изученным женщинами: смотреть сквозь свои длинные ресницы, как бы не открывая глаз. Она увидела Фельтона, сидевшего к ней спиной; не отрывая взгляда она смотрела на него минут десять, и за всё это время её невозмутимый страж ни разу не обернулся.
Она вспомнила, что сейчас придёт лорд Винтер, и сообразила, что его присутствие придаст её тюремщику новые силы. Её первый опыт не удался, она примирилась с этим, как женщина, у которой ещё немало средств в запасе, подняла голову, открыла глаза и слегка вздохнула.
Услышав этот вздох, Фельтон наконец оглянулся.
- А, вот вы и проснулись, сударыня! - сказал он. - Ну, значит, мне здесь делать больше нечего. Если вам что-нибудь понадобится - позвоните.
- Ах, боже мой, боже мой, как мне было плохо! - прошептала миледи тем благозвучным голосом, который, подобно голосам волшебниц древности, очаровывал всех, кого она хотела погубить.
И, выпрямившись в кресле, она приняла позу ещё более привлекательную и непринуждённую, чем та, в какой она перед тем находилась.
Фельтон встал.
- Вам будут подавать еду три раза в день, сударыня, - сказал он. - Утром в десять часов, затем в час дня и вечером в восемь. Если этот распорядок вам не подходит, вы можете назначить свои часы вместо тех, какие я вам предлагаю, и мы будем сообразовываться с вашими желаниями.
- Но неужели я всегда буду одна в этой большой, мрачной комнате? - спросила миледи.