- Объяснитесь, милорд, - произнесла пленница величественным тоном. - Заявляю вам, что я слышу ваши слова, но не понимаю их.
- Ну, значит, вы совсем неверующая - мне это даже больше нравится, - насмешливо возразил лорд Винтер.
- Конечно, это больше вяжется с вашими правилами, - холодно заметила миледи.
- О, признаюсь вам, для меня это совершенно безразлично!
- Если бы вы даже и не признавались в своём равнодушии к вопросам веры, милорд, ваше распутство и ваши беззакония изобличили бы вас.
- Гм… Вы говорите о распутстве, госпожа Мессалина, леди Макбет! Или я толком не расслышал, или вы, чёрт возьми, на редкость бесстыдны!
- Вы говорите так потому, что знаете, что нас слушают, - холодно заметила миледи, - и потому, что хотите вооружить против меня ваших тюремщиков и палачей.
- Тюремщиков? Палачей?.. Вот так раз, сударыня! Вы впадаете в патетический тон, и вчерашняя комедия переходит сегодня в трагедию. Впрочем, через неделю вы будете там, где вам надлежит быть, и моё намерение будет доведено до конца.
- Постыдное намерение! Нечестивое намерение! - произнесла миледи с экзальтацией жертвы, бросающей вызов своему судье.
- Честное слово, мне кажется, эта развратница сходит с ума! - сказал лорд Винтер и встал. - Ну довольно, ну успокойтесь же, госпожа пуританка, или я велю посадить вас в тюрьму! Готов поклясться, это, должно быть, моё испанское вино бросилось вам в голову. Впрочем, не волнуйтесь: такое опьянение неопасно и не приведёт к пагубным последствиям.