И лорд Винтер ушёл, отпуская ругательства, что в ту эпоху было в обычае даже у людей высшего общества.
Фельтон действительно стоял за дверью и слышал до единого слова весь разговор.
Миледи угадала это.
- Да, ступай, ступай! - прошептала она вслед своему домерю. - Пагубные для тебя последствия не заставят себя ждать, но ты, глупец, заметишь их только тогда, когда их уже нельзя будет избежать!
Опять стало тихо. Прошло ещё два часа. Солдаты принесли ужин и увидели, что миледи громко читает молитвы, те молитвы, которым научил её старый слуга её второго мужа, ревностный пуританин. Она, казалось, была в каком-то экстазе и даже не обращала внимания на то, что происходило вокруг неё. Фельтон сделал знак, чтобы ей не мешали, и, когда всё было приготовлено, бесшумно вышел вместе с солдатами.
Миледи знала, что за ней могут наблюдать в окошечко двери, а потому прочитала свои молитвы до конца, и ей показалось, что часовой у её двери ходит иначе, чем ходил до сих пор, и как будто прислушивается.
В этот вечер ей ничего больше и не надо было; она встала, села за стол, немного поела и выпила только воды.
Через час солдаты пришли вынести стол, но миледи заметила, что на этот раз Фельтон не сопровождал их.
Значит, он боялся часто видеть её.
Миледи отвернулась к стене и улыбнулась: эта улыбка выражала такое торжество, что могла бы её выдать.