«Клянусь перед богом, который меня слышит, я призову весь свет в свидетели вашего преступления и буду призывать до тех пор, пока не найду мстителя!»
«Вы публичная женщина, - заявил он громовым голосом, - и подвергнетесь наказанию, налагаемому на подобных женщин! Заклеймённая в глазах света, к которому вы взываете, попробуйте доказать этому свету, что вы не преступница и не сумасшедшая!»
Потом он обратился к человеку в маске.
«Палач, делай своё дело!» - приказал он.
- О! Его имя! Имя! - вскричал Фельтон. - Назовите мне его имя!
- И вот, несмотря на мои крики, несмотря на моё сопротивление - я начинала понимать, что мне предстоит нечто худшее, чем смерть, - палач схватил меня, повалил на пол, сдавил в своих руках. Я задыхалась от рыданий, почти лишалась чувств, взывала к богу, который не внимал моей мольбе… и вдруг я испустила отчаянный крик боли и стыда - раскалённое железо, железо палача, впилось в моё плечо…
Фельтон издал угрожающий возглас.
- Смотрите… - сказала миледи и встала с величественным видом королевы, - смотрите, Фельтон, какое новое мучение изобрели для молодой невинной девушки, которая стала жертвой насилия злодея! Научитесь познавать сердца людей и впредь не делайтесь так опрометчиво орудием их несправедливой мести!
Миледи быстрым движением распахнула платье, разорвала батист, прикрывавший её грудь, и, краснея от притворного гнева и стыда, показала молодому человеку неизгладимую печать, бесчестившую это красивое плечо.
- Но я вижу тут лилию! - изумился Фельтон.