"Миледи.
"Будьте на первомъ балу, на которомъ будетъ герцогъ Букингамъ. У него на камзолѣ будетъ двѣнадцать брильянтовыхъ наконечниковъ аксельбантовъ; подойдите къ нему и отрѣжьте два изъ нихъ.
Какъ только эти наконечники будутъ у васъ въ рукахъ, извѣстите меня объ этомъ".
XV.
Приказные и военные.
На слѣдующій день послѣ описанныхъ происшествій Атосъ не явился, а потому д'Артаньянъ и Портосъ увѣдомили де-Тревиля объ его исчезновеніи.
Арамисъ отпросился въ отпускъ на пять дней и былъ въ Руанѣ, какъ говорили, по семейнымъ дѣламъ. Де-Тревиль былъ отцомъ своихъ подчиненныхъ. Самый незначительный и самый неизвѣстный изъ нихъ, разъ онъ носилъ мундиръ его роты, могъ быть увѣренъ въ его помощи и въ поддержкѣ, точно онъ былъ его роднымъ братомъ.
Онъ тотчасъ же отправился къ судьѣ по уголовнымъ дѣламъ. Позвали офицера, завѣдывавшаго гауптвахтой Краснаго Креста, и послѣ настоятельныхъ дознаній узнали, что Атосъ временно заключенъ въ Форъ-л'Евекѣ.
Атосъ прошелъ черезъ всѣ испытанія, которыя, какъ мы видѣли, перенесъ Бонасье.
Мы присутствовали во время сцены очной ставки двухъ заключенныхъ. Атосъ, до этой минуты ничего не говорившій изъ опасенія, что д'Артаньянъ, котораго тоже не оставятъ въ покоѣ, не справился съ своимъ дѣломъ, только теперь объяснилъ, что его зовутъ Атосомъ, а не д'Артаньяномъ.