-- Мнѣ сдѣлать шагъ первому! сказалъ король. Никогда!
-- Государь, я умоляю васъ объ этомъ.
-- Но какъ я начну первый?
-- Сдѣлавши то, что, вы знаете, будетъ ей пріятно.
-- Что именно?
-- Дайте балъ; вы знаете, какъ королева любитъ танцы; ручаюсь вамъ, что ея гнѣвъ не устоитъ противъ такого вниманія.
-- Кардиналъ, вы знаете, что я не люблю всѣхъ этихъ свѣтскихъ удовольствій.
-- Тѣмъ болѣе королева будетъ вамъ благодарна, что ея извѣстна ваша антипатія къ подобнаго рода удовольствіямъ; при томъ же это послужитъ для нея удобнымъ предлогомъ надѣть чудные брильянтовые эксельбантные наконечники, которые вы подарили ей прошлый разъ въ день ея ангела и которыхъ ей еще не пришлось надѣть ни разу.
-- Мы увидимъ, кардиналъ, увидимъ, сказалъ король, который, радуясь, что королева оказалась виновной въ преступленіи, вовсе его не заботившемъ, и невиновна въ томъ, чего онъ больше всего боялся, былъ вполнѣ готовъ помириться съ ней:-- мы увидимъ, но, клянусь честью, вы слишкомъ снисходительны.
-- Ваше величество, сказалъ кардиналъ,-- предоставьте строгость министрамъ; снисходительность -- добродѣтель королей; пользуйтесь ею и вы увидите, что вамъ будетъ отъ этого недурно.