-- А вы, вы -- баба, низкая, глупая, общипанная баба! А, вы боитесь! Такъ въ такомъ случаѣ, если вы не поѣдете сію же минуту, я именемъ королевы велю арестовать васъ и засажу васъ въ эту самую Бастилію, которой вы такъ боитесь.
Бонасье глубоко задумался; онъ зрѣло обсудилъ и мысленно взвѣсилъ послѣдствія гнѣва кардинала и королевы: гнѣвъ кардинала страшно перевѣсилъ.
-- Велите арестовать меня, сказалъ онъ:-- а я объявлю, что я сторонникъ его высокопреосвященства.
Г-жа Бонасье замѣтила, что она хватила черезъ край, и ужаснулась, что зашла такъ далеко. Съ минуту она смотрѣла на этого глупца, принявшаго непоколебимое рѣшеніе.
-- Ну, что жъ, пусть будетъ но-вашему! сказала она.-- Можетъ быть, въ концѣ концовъ, вы и правы: мужчина понимаетъ больше въ политикѣ, чѣмъ женщина, а въ особенности вы, г. Бонасье, потому что вы бесѣдовали съ кардиналомъ. А между тѣмъ, ужасно жестоко, прибавила она,-- что мой мужъ, на любовь котораго я разсчитывала, поступаетъ со мной такъ нелюбезно и не хочетъ исполнить моей прихоти.
-- Ваши прихоти могутъ завести слишкомъ далеко, сказалъ торжествующій Бонасье,-- и я имъ не довѣряю.
-- Я отказываюсь отъ нихъ, сказала молодая женщина, вздыхая,-- не стоитъ больше говорить объ этомъ.
-- По крайней мѣрѣ, вы сказали бы мнѣ, что именно я долженъ былъ дѣлать въ Лондонѣ? спросилъ Бонасье, вспомнившій немножко поздно, что Рошфоръ совѣтовалъ ему стараться вывѣдать секреты у жены.
-- Вамъ нѣтъ надобности знать объ этомъ, сказала молодая женщина, съ инстинктивной недовѣрчивостью отступая теперь назадъ:-- дѣло шло о пустякахъ -- объ одной покупкѣ, на которой можно бы было много нажить.
Но чѣмъ больше молодая женщина отнѣкивались, тѣмъ больше, напротивъ, Бонасье убѣждался, что тайна, которую она не хотѣла ему открыть, была важна. А потому онъ рѣшился сію же минуту сбѣгать къ графу де-Рошфору и сообщить ему, что королева ищетъ гонца, чтобы послать его въ Лондонъ.