-- Вы говорите, что прокурорша стара и дурна собой?
-- Ей по крайней мѣрѣ 50 лѣтъ, сударь, и, по словамъ Пато, она вовсе некрасива.
-- Въ такомъ случаѣ будьте покойны, она смягчится; къ тому же, Портосъ не могъ вамъ задолжать особенно много.
-- Какъ немного! Уже около двадцати пистолей, не считая доктора. О, онъ ни въ чемъ себѣ не отказываетъ, видно, что онъ привыкъ хорошо жить.
-- Ничего, ничего! Если его любовница откажется отъ него, у него найдутся друзья, могу васъ увѣрить. Итакъ, любезный хозяинъ, не безпокойтесь нисколько и продолжайте попрежнему заботиться о немъ, какъ требуетъ его положеніе.
-- Вы обѣщали мнѣ, сударь, не говорить ему ни слова ни о прокуроршѣ, ни о ранѣ.
-- Это ужъ дѣло рѣшенное,-- я далъ вамъ слово.
-- О, онъ бы тогда, вѣроятно, убилъ меня!
-- Не бойтесь: онъ не такъ страшенъ, какъ кажется.
Д'Артаньянъ поднялся по лѣстницѣ, оставивъ хозяина нѣсколько успокоившимся.