-- Нѣтъ, приведите ихъ мнѣ всѣхъ четверыхъ. Я хочу поблагодарить ихъ всѣхъ разомъ; преданные люди рѣдки, Тревиль, и надо вознаграждать преданность.
-- Въ двѣнадцать часовъ, государь, мы будемъ въ Луврѣ.
-- Да! съ малаго подъѣзда, Тревиль, съ малаго подъѣзда. Вовсе не слѣдуетъ, чтобы объ этомъ зналъ кардиналъ.
-- Да, государь.
-- Вы понимаете, Тревиль, указъ всегда остается указомъ. Въ концѣ концовъ, драться все-таки запрещено.
-- Но эта встрѣча, государь, совершенно не подходитъ подъ обыкновенныя условія дуэли, это -- драка, доказательствомъ чего можетъ служить то, что пятеро гвардейцевъ г. кардинала были противъ моихъ трехъ мушкетеровъ и д'Артаньяна.
-- Совершенно справедливо, согласился король:-- но все равно, Тревиль, приходите съ малаго подъѣзда.
Тревиль улыбнулся. Но такъ какъ для него было много уже и достигнутаго результата, онъ почтительно откланялся королю и съ его соизволенія удалился.
Въ тотъ же самый вечеръ всѣ три мушкетера были увѣдомлены о предстоящей имъ чести. Такъ какъ они давно уже знали короля, то это извѣстіе не привело ихъ въ особенно сильное волненіе, но д'Артаньянъ, со своимъ гасконскимъ воображеніемъ, видѣлъ уже въ этомъ свое будущее счастье и провелъ ночь въ золотыхъ грезахъ. Неудивительно, что съ восьми часовъ утра онъ уже былъ у Атоса.
Д'Артаньянъ заставъ мушкетера совершенно одѣтымъ и готовымъ выйти изъ дома. Такъ какъ свиданіе у короля должно было состояться только въ двѣнадцать часовъ, онъ сговорился съ Портосомъ и Арамисомъ отправиться сыграть партію въ мячъ въ игорномъ домѣ, находящемся недалеко отъ конюшенъ Люксембурга. Атосъ пригласилъ д'Артаньяна отправиться вмѣстѣ и, несмотря на свое незнаніе этой игры, въ которую онъ никогда не игрывалъ, послѣдній принялъ приглашеніе, не зная, какъ убить все время отъ неполныхъ девяти часовъ до двѣнадцати.