Теперь, когда мы, хотя поверхностно, познакомились съ господами и ихъ слугами, перейдемъ къ описанію ихъ жилищъ.
Атосъ жилъ въ улицѣ Феру, въ двухъ шагахъ отъ Люксембурга; квартира его состояла изъ двухъ маленькихъ комнатъ, очень прилично убранныхъ, въ меблированныхъ комнатахъ, содержательница которыхъ, женщина еще молодая и дѣйствительно еще очень красивая, безуспѣшно строила ему глазки. Нѣкоторые остатки прежней роскоши виднѣлись еще кое-гдѣ на стѣнахъ этого скромнаго жилища: напримѣръ, шпага съ богатой золотой насѣчкой, принадлежавшая, судя по ея формѣ, ко времени царствованія Франциска I, одна рукоятка которой, покрытая драгоцѣнными камнями, могла стоить не менѣе двухсотъ пистолей и которую, тѣмъ не менѣе, даже въ самыя трудныя минуты своей жизни Атосъ никогда не соглашался ни заложить, ни продать. Эта шпага долгое время служила предметомъ зависти для Портоса. Онъ отдалъ бы десять лѣтъ своей жизни, чтобы только обладать ею.
Однажды, собираясь на свиданіе съ какой-то принцессой, онъ попросилъ ее у Атоса. Атосъ молча опросталъ свои карманы, снялъ съ себя всѣ драгоцѣнности, кошельки, аксельбанты и золотыя цѣпочки и предложилъ все это Портосу, но относительно шпаги онъ сказалъ ему, что она припечатана къ мѣсту и не должна его оставлять до тѣхъ поръ, пока ея хозяинъ самъ не оставить свою квартиру. Кромѣ шпаги, у него былъ еще портретъ, изображавшія вельможу временъ Генриха III, въ самомъ изящномъ костюмѣ, съ орденомъ Святого Духа. Этотъ портретъ напоминалъ нѣкоторыми чертами лицо Атоса, имѣлъ съ ними, такъ сказать, нѣкоторое фамильное сходство, и поэтому можно было вывести заключеніе, что этотъ важный вельможа, кавалеръ королевскихъ орденовъ, былъ его предокъ.
Наконецъ, надъ каминомъ на самой срединѣ стояла шкатулка съ великолѣпной позолотой, съ такимъ же гербомъ, какъ на шпагѣ и на портретѣ, и составляла полнѣйшую противоположность съ остальнымъ убранствомъ квартиры. Атосъ всегда носилъ съ собой ключъ отъ этой шкатулки, но одинъ разъ онъ открылъ ее при Портосѣ, и Портосъ могъ удостовѣриться, что въ этой шкатулкѣ были спрятаны только письма и бумаги: безъ сомнѣнія, это были любовныя письма и фамильныя бумаги.
Портосъ занималъ очень обширную квартиру на улицѣ "Старая Голубятня". Каждый разъ, какъ онъ проходилъ съ кѣмъ-нибудь изъ своихъ друзей мимо своихъ оконъ, у одного изъ которыхъ всегда торчалъ Мускетонъ въ парадной ливреѣ, Портосъ поднималъ голову и говорилъ: "Вотъ моя квартира". Но его никогда не заставали дома; онъ никогда никого не приглашалъ къ себѣ и никто не могъ составить себѣ представленія о томъ, какія богатства на самомъ дѣлѣ заключаетъ въ себѣ эта по виду роскошная квартира.
Арамисъ занималъ маленькую квартиру, состоявшую изъ будуара, столовой и спальни, которая, какъ, впрочемъ, и вся остальная квартира, была расположена въ нижнемъ этажѣ и выходила окнами въ маленькій садъ, свѣжій, зеленый, тѣнистый и непроницаемый для глазъ сосѣдей.
Какъ устроился д'Артаньянъ, какъ онъ жилъ, былъ помѣщенъ, мы уже знаемъ, а также уже познакомились съ его слугой -- Плянше.
Д'Артаньянъ, отъ природы очень любопытный, какъ, впрочемъ, всѣ люди, одаренные геніемъ интриги, употребилъ всѣ старанія, чтобы узнать, кто такіе въ дѣйствительности были Атосъ, Портосъ и Арамисъ, такъ какъ было очевидно, что подъ этими вымышленными воинственными именами каждый изъ молодыхъ людей скрывалъ свое настоящее имя дворянина, въ особенности Атосъ, въ которомъ аристократъ чувствовался за цѣлую милю. Онъ обратился съ этой цѣлью къ Портосу, чтобы получить свѣдѣнія объ Атосѣ и Арамисѣ, а къ Арамису -- чтобы узнать что-нибудь о Портосѣ.
Къ несчастію, Портосъ самъ о жизни своего молчаливаго товарища зналъ только то, что было извѣстно всѣмъ. Говорили, что онъ былъ очень несчастливъ въ любовныхъ похожденіяхъ и что ужасная измѣна навсегда отравила жизнь этого благороднаго человѣка.
Что это была за измѣна?-- никто этого не зналъ.