Новый часовой началъ ходить по коридору.
Прошло десять минуть. Пришелъ Фельтонъ.
Милэди стала прислушиваться
-- Слушай, сказалъ молодой человѣкъ часовому:-- ни подъ какимъ предлогомъ не отходи отъ этой двери, потому что тебѣ извѣстно, что въ прошлую ночь милордъ наказалъ одного солдата за то, что онъ на минуту отлучился съ своего поста, несмотря на то, что я самъ караулилъ за него во время его отсутствія.
-- Да, я знаю, отвѣчалъ солдатъ.
-- Я приказываю тебѣ слѣдить какъ можно строже. Я пойду осмотрѣть еще второй разъ комнату этой женщины, у которой, я боюсь, есть злое намѣреніе посягнуть на свою жизнь, и я получилъ строгое приказаніе слѣдить за ней.
-- Прекрасно, прошептала милэди,-- вотъ строгій пуританинъ начинаетъ уже и лгать.
Солдатъ только улыбнулся.
-- Чортъ возьми, лейтенантъ, замѣтилъ онъ,-- вы не всѣмъ несчастны, если на васъ возложено такое порученіе; особенно, если милордъ уполномочилъ васъ осмотрѣть даже и кровать.
Фельтонъ покраснѣлъ; будь это при другихъ обстоятельствахъ, онъ сдѣлалъ бы солдату строгій выговоръ за то, что онъ позволилъ себѣ подобную шутку, но его совѣсть слишкомъ громко говорила въ немъ, и онъ ничего не возразилъ.