Нечего и говорить, что причиною ихъ нетерпѣнія вернуться въ Парижъ была опасность, которой подвергалась г-жа Бонасье при встрѣчѣ въ Бетюнскомъ монастырѣ кармелитокъ съ милэди, своимъ смертельнымъ врагомъ. И потому, какъ мы и сказали, Арамисъ немедленно написалъ Маріи Мишонъ, этой турской бѣлошвейкѣ, у которой были такія прекрасныя знакомства, чтобы она упросила королеву дать разрѣшеніе г-жѣ Бонасье выйти изъ монастыря и удалиться въ Лорень или въ Бельгію. Отвѣтъ не заставилъ себя долго ждать, и черезъ восемь или десять дней Арамисъ получилъ слѣдующее письмо:
"Мой любезный кузенъ!
"Посылаю разрѣшеніе, данное моей сестрой нашей бѣдной служанкѣ выйти изъ Бетюнскаго монастыря, воздухъ котораго вреденъ для нея. Моя сестра посылаетъ вамъ это разрѣшеніе съ большимъ удовольствіемъ, потому что она очень любить эту дѣвушку, которой она надѣется быть полезной и впослѣдствіи.
"Цѣлую васъ Марія Мишонъ".
При этомъ письмѣ было приложено разрѣшеніе въ слѣдующихъ выраженіяхъ:
"Настоятельница Бетюнскаго монастыря должна передать на попеченіе подателя этого письма послушницу, недавно поступившую въ монастырь по моей рекомендаціи и находящуюся подъ моимъ покровительствомъ.
Дано въ Луврѣ, 10 августа 1628 г.
Анна".
Можно понять, какъ это родство Арамиса съ бѣлошвейкой, называвшей королеву своей сестрой, насмѣшило молодыхъ людей, но Арамисъ, два или три раза покраснѣвшій до ушей при грубыхъ шуткахъ Портоса, просилъ своихъ друзей не касаться больше этого вопроса, прибавивъ, что если еще кто-нибудь прибавитъ по этому поводу хоть одно слово, онъ больше не будетъ обращаться къ своей кузинѣ съ просьбой быть посредницей въ подобнаго рода дѣлахъ.
Итакъ, больше не было и рѣчи о Маріи Мишонъ между мушкетерами, которые къ тому же добились того, чего желали, а именно: они получили разрѣшеніе освободить г-жу Бонасье изъ Бетюнскаго монастыря кармелитокъ. Правда, что это разрѣшеніе не могло имъ принести много пользы до тѣхъ поръ, пока они были въ лагерѣ Лярошели, то есть на другомъ концѣ Франціи. Поэтому д'Артаньянъ хотѣлъ обратиться къ де-Тревилю съ просьбой объ отпускѣ и объяснить ему прямо цѣль своей поѣздки, когда узналъ вмѣстѣ со своими гремя товарищами новость, что король ѣдетъ въ Парижъ съ конвоемъ изъ двадцати мушкеторовъ и что они назначены въ этотъ конвой. Они были очень обрадованы; слуги были отправлены впередъ съ багажомъ, а сами они выѣхали утромъ 16-го.