Придя туда однажды вечеромъ, веселый, какъ человѣкъ, ожидающій исполненія своихъ радужныхъ надеждъ, онъ встрѣтился съ субреткой въ воротахъ. На этотъ разъ хорошенькая Кэтти не удовольствовалась тѣмъ, что только задѣла его мимоходомъ, а взяла его нѣжно за руку.
-- Отлично, подумалъ д'Артаньянъ: -- вѣроятно, госпожа поручила ей передать мнѣ что-нибудь; она назначить мнѣ какое-нибудь свиданіе, чего не сочла возможнымъ сдѣлать лично.
И онъ взглянулъ на прелестнаго ребенка съ видомъ несомнѣнной побѣды.
-- Мнѣ очень хотѣлось бы сказать вамъ два слова, господинъ офицеръ... пробормотала субретка.
-- Говори, мое дитя, говори, сказалъ д'Артаньянъ:-- я слушаю.
-- Здѣсь это невозможно: то, что я хочу сообщить вамъ, очень долго разсказывать, и къ тому же это большой секретъ.
-- Въ такомъ случаѣ какъ же быть?
-- Не согласится ли господинъ офицеръ послѣдовать за мной? робко спросила Кэтти.
-- Куда угодно, мое прелестное дитя.
-- Такъ пойдемте.