Здесь говорились прекрасные вещи, и Университету остается только сделать выбор из всех предлагавшихся и разработанных способов мести. Но пусть почтенные ораторы позволят мне сделать маленькое замечание относительно того, что, быть может, на очереди стоит более спешный вопрос, чем месть нашим врагам (Слушайте! Слушайте): вопрос этот заключается в том, что необходимо сперва освободить наших друзей! (Аплодисменты).
В то время, как мы здесь разглагольствуем, трое из наших товарищей томятся в заключении, они ждут нас и изумляются, что мы до сих пор не пришли к ним на выручку, они имеют полное право даже сомневаться в нашей дружбе! (Возгласы: Браво! Правда! Правда!).
Как? Уже прошло полчаса с тех тор, как студенты арестованы, и они все еще не освобождены?! (Гробовое молчание).
Начнем сперва с товарищей, а затем доберемся и до остальных. (Отлично! Прекрасно! Слушайте!) Выпустим их на волю, и пусть они с радостью примут участие в наказании их оскорбителей! (Громкие возгласы: Ура!)"
Сходка окончилась при общих восторженных криках.
Отдан был приказ к открытию действий. Студенты бросились вооружаться кольями, железными прутьями и ломами.
Через четверть часа началась осада тюрьмы.
Все произошло так быстро, что полиция не успела даже опомниться. Тюрьма охранялась только обыкновенной стражей. При виде приближающейся толпы студентов начальник тюремной стражи распорядился запереть ворота. Но что могли сделать какие-нибудь двенадцать человек против четырехсот студентов?
-- Вперед! -- скомандовал Самуил. -- Надо не дать времени войскам подойти.
И став во главе группы студентов, вооруженных увесистыми дубинками, он первый подошел к воротам.