Он лежал на спине.
Его окостеневшие пальцы сжимали горло огромного зайца, и пришлось приложить немалые усилия, чтобы их разогнуть…
Золотого, полученного от охотников из Те, хватило как раз на то, чтобы купить гроб и заплатить священнику за отпевание и гробовщикам за могилу…
…Хозяин трактира умолк.
— Честно говоря, — сказал Этцель, — я думал, что конец будет другим. Мне казалось, что заяц все-таки превратится в рагу, и я даже спрашивал себя, надо ли убивать черта прежде, чем совать его в кастрюлю…
* * *
Вот, дорогие читатели, рассказ, услышанный мной от моего друга де Шервиля в моем доме на бульваре Ватерлоо, в ноябре 1853 года.
После него я три ночи не мог заснуть.
И лишь спустя два с половиной года, как вы можете сами судить по дате, набрался храбрости пересказать его письменно.
Суббота, 22 февраля 1856 г., без четверти два часа ночи.