Когда мне говорят об охоте, в душе моей вдруг возникает некий огонек, словно таившийся под слоем золы.
Дело в том, что до того, как я приговорил себя к литературной каторге, охота была моим основным, я бы даже сказал, единственным развлечением.
О той жизни я сохранил лишь два воспоминания.
Одно из них связано с охотой.
— Черт побери! — воскликнул я. — Ваше предложение страшно соблазнительно!
— Жуаньо сообщает о начале охотничьего сезона. Точнее, он написал об этом Этцелю. Этцель же, естественно, не ответил, и теперь у нас есть шанс нагрянуть к нему, как снег на голову!
— К Жуаньо… пожалуй…
— Тогда в чем дело?
Я ушел и спустился с пером в руке.
— Увы! — это единственное оружие, каким я теперь пользуюсь. И охочусь лишь за мыслями. А этой дичи с каждым днем становится все меньше.