И только тогда дед вспомнил, что его сынишка просил подстрелить зайца «большого-пребольшого», как их собака Рамоно, а дочь заказывала косого величиной с ишака тетушки Симоны.
Неужели, как в волшебной сказке, сбываются пожелания детей?
Все это показалось Жерому Палану столь невероятным, что он подумал, не снится ли ему этот заяц, и вдруг ни с того, ни с сего рассмеялся.
Смех его подхватило ужасное эхо.
Это смеялся заяц! Он сел и принялся передними лапами тереть себе нос.
Дед замолчал, похлопал себя по ногам и даже ущипнул за ухо, желая снова удостовериться, что все это ему не снится.
Нет, это был не сон.
Он снова взглянул на зайца.
Тот находился на прежнем месте.
На земле лежал труп.