— Его объели волки.
— Как это? — воскликнул дед.
— Да так уж!.. Почитай, ничего и не осталось! Один скелет!
Дед вздохнул. Он подумал, что если остался только скелет — значит, следы его выстрела бесследно исчезли вместе с телом.
Моя бабка продолжала назидательным тоном:
— Вот видишь, Жером, божий суд не скор и пути господни неисповедимы… Но рано или поздно его рука настигает преступника и чаще всего тогда, когда тот уже уверовал в свою безнаказанность.
— Погоди, жена, — остановил ее дед, — мне что-то плохо.
— Действительно, ты страшно бледен.
— Это из-за твоих рассказов… Никак не ожидал, что… Дай-ка мне воды.
— Держи, мой дорогой Жером.