-- Но тягаясь, я изучил законы Франции.
-- А это дело нелегкое. Вы знаете, что между Юстиниановыми пандектами и последним парламентским решением, постановившим по случаю смерти маршала д'Анкра, что иностранец никогда не может быть министром во Франции, существуют восемнадцать тысяч семьсот семьдесят законов, не считая королевских приказаний. Но, впрочем, бывают люди с удивительною памятью, Пико де ла Мирандола говорил на двенадцати языках, когда ему было только восемнадцать лет. А какую пользу извлекли вы из знания законов, милостивый государь?
-- Какую? А ту, что на большой дороге не забирают людей без особенного дозволения.
-- Оно есть у меня. Посмотрите!
-- От принцессы?
-- От ее высочества.
И Ковиньяк почтительно поднял шляпу.
-- Стало быть, во Франции два короля? -- вскричал несчастный путешественник.
-- Точно так, сударь. Вот почему я имел честь просить вас предпочесть моего и почитаю обязанностью пригласить вас на его службу.
-- Милостивый государь, я принесу жалобу парламенту!