-- Что же нового?
-- Он едет в Тюрен на совещание с герцогом Бульонским.
-- Да, между ними борьба, я это знаю, оба они отказываются от звания главнокомандующего, а в душе только об этом и думают. Действительно, когда мы будем мириться, то чем опаснее был человек, тем дороже заплатят ему за мир. Но маркиза Турвиль дала мне мысль, как примирить их.
-- О, -- сказала виконтесса, улыбнувшись при имени маркизы, -- так вы изволили помириться с вашей неизменной советницей?
-- Что же делать? Она приехала к нам в Монрон и привезла связку бумаг с такою важностью, что мы едва не умерли со смеху, я и Лене. "Хотя, ваше высочество, -- сказала она мне, -- вовсе не обращаете внимания на эти размышления, плоды бессонных ночей, полных труда, однако же я приношу и мою дань..."
-- Да это целая речь...
-- Да.
-- Что же вы отвечали?
-- Вместо меня отвечал Лене. "Маркиза, -- сказал он, -- мы никогда не сомневались в вашем усердии и еще менее в ваших познаниях. Они так нужны нам, что мы, принцесса и я, ежедневно жалели о них..." Одним словом, он сказал ей столько комплиментов, что соблазнил ее, и она отдала ему свой план.
-- Что в нем?