-- Да.
-- Принцесса крови не сдержит честного слова!
Герцог оставался бесстрастным.
Каноль посмотрел кругом.
-- Что? Уже пора? -- спросил он.
-- Да.
-- А я думал, что подождут возвращения виконтессы де Канб, ей обещали ничего не делать во время ее отсутствия. Стало быть, сегодня никто не держит слова?
И арестант с упреком взглянул не на герцога де Ларошфуко, а на Лене.
-- Ах, барон, -- вскричал Лене со слезами на глазах, -- простите меня! Принцесса решительно отказалась простить вас, однако же я долго просил ее: Бог мне свидетель! Спросите у герцога де Ларошфуко. Надобно отмстить за смерть бедного Ришона, и принцесса не тронулась моими молениями. Теперь, барон, судите меня сами: страшное положение, в котором вы находитесь, тяготело бы и над вами, и над виконтессой, и я осмелился -- простите меня, чувствую, что очень нуждаюсь в вашей снисходительности -- я осмелился обрушить все на одну вашу голову, потому что вы солдат, вы дворянин.
-- Так я ее уже не увижу! -- прошептал Каноль, задыхаясь от волнения. -- Вы советовали мне поцеловать ее -- в последний раз!