Как бы то ни было, ночь эта имела значение для Франции и Европы, вид которых она изменила -- ровно через девять месяцев после этой ночи родился Луи XIV.
Королева скоро заметила, что она беременна, но не смела никому говорить об этом первые пять месяцев, боясь ошибиться. В начале шестого месяца не оставалось более сомнений: младенец сделал первое движение. Это было 11 мая 1638 года.
Анна Австрийская тотчас велела позвать графа де Шавиньи, который был ей всегда предан. Поговорив с ней, де Шавиньи отправился к королю.
Он застал его величество готовым к выезду на охоту. Луи XIII, увидев министра, нахмурил брови -- он подумал, что де Шавиньи пришел говорить о политике или об администрации и что его любимая забава, единственная, которая доставляла ему постоянное и истинное удовольствие, будет
Отложена.
-- Что вам угодно? -- спросил он с нетерпеливым движением. -- И что вы нам скажете? Вы знаете, что государственные дела нас не касаются, вы можете говорить о них с г-ном кардиналом.
-- Государь, -- сказал де Шавиньи, -- я пришел просить у вас милости для одного бедного заключенного.
-- Просите у кардинала, -- еще более нетерпеливо отвечал король, -- просите у кардинала, г-н Шавиньи. Может быть, заключенный -- враг его эминенции, а следовательно и наш враг.
-- Ничей, сир, это верный служитель королевы, несправедливо подозреваемый в измене.
-- А, понимаю! Вы говорите о Лапорте, но это меня не касается, г-н Шавиньи! Обратитесь к кардиналу! Пойдемте, господа, пойдемте! -- И король дал знак своим спутникам, собираясь идти.