"Да", -- сказал господин Дюваль.
"Бескорыстной любовью?"
"Да".
"Верите вы, что в этой любви заключались для меня все надежды, мечты и оправдание моей жизни?"
"Твердо верю".
"Ну так поцелуйте меня, как вы поцеловали бы вашу дочь, и клянусь вам, что этот поцелуй, единственно чистый поцелуй за всю мою жизнь, даст мне силы бороться с моей любовью и что раньше чем через неделю ваш сын вернется к вам. Он будет страдать некоторое время, но будет исцелен на всю жизнь".
"У вас благородное сердце, -- сказал ваш отец, целуя меня в лоб. -- Бог вас вознаградит за ваше намерение, но я боюсь, что вы не справитесь с моим сыном".
"О, будьте спокойны, он будет меня ненавидеть!"
Нужно было создать между нами какую-нибудь непроходимую преграду -- как для одного, так и для другого.
Я написала Прюданс, что принимаю предложение графа П., и просила ему передать, что буду ужинать с ним и с ней.