-- К моему приезду, я думаю, он уже будет совсем здоров.
-- А ты... разве опять уедешь?
-- Я обещал г-же де Пере и Эдмону.
-- Поезжай, -- тихо сказала Нишетта, и в ее голосе слышалось столько грустной покорности и невольно пробивавшегося страдания, что Густав опять усомнился, придется ли ему вернуться в Ниццу.
Тем не менее, думая несколько приготовить ее к возможности новой разлуки, он спросил, будто бы ничего не замечая:
-- А что?
-- Ничего. Нет десяти минут, как приехал, еще не снял пальто, а уже говорит, что уедет!
-- Успокойся, мы еще две недели пробудем вместе.
-- Только две недели!
-- Может быть, даже три.