-- Он уже был там, -- отвечал Домон.
-- Боже! -- прошептала молодая мать.
-- Впрочем, успокойтесь; Эдмону бояться нечего.
-- Что сказал доктор?
-- Прописал самое обыкновенное лекарство, только чтоб прописать что-нибудь здоровому человеку, воображающему себя больным.
-- Благодарю вас, друг мой, -- сказала г-жа де Пере, успокоясь и крепко пожимая руку Густава.
-- Что у вас за секреты? -- спросил Эдмон, от которого не ускользнул тихий разговор матери с Густавом. -- Как тебе кажется, маменька, не правда ли, в Густаве есть сегодня что-то смешное?
-- Я спрашивал у г-жи де Пере, -- отвечал Густав, -- не будет ли она на меня сердиться, что я увожу тебя сегодня обедать.
-- А я отвечала, что сердиться на то, в чем ты находишь удовольствие, -- вовсе не в моих правилах, -- отвечала мать, с нежностью целуя в лоб сына.
Можно было без боязни говорить о свидании Эдмона с доктором; рецепт всех успокоил. Г-жа де Пере стала расспрашивать сына, и Эдмон охотно рассказал свои похождения; он находил уже удовольствие в простом повторении имени Елены.