Оставив Эдмона с матерью, Густав тотчас же после завтрака побежал к Нишетте.
Гризетка по обыкновению сидела у окна за работой.
-- С нами будет обедать Эдмон, -- сказал Густав.
-- Что же ты меня не предупредил раньше? -- сказала Нишетта, сделав недовольную мину. -- Уж каков обед будет -- не взыщите.
-- Не заботься ни о чем, -- отвечал Густав, взяв обеими руками хорошенькую головку модистки и целуя ее в обе щеки, -- кушанье и вино пришлю я; ты распорядись только насчет стаканов, тарелок, салфеток и серебра. Все это, кажется, у тебя есть. Да еще нужно приготовить пару котлет для Эдмона.
-- Кажется, есть. У меня всего даже больше, чем мне нужно, -- отвечал любящий ребенок, в свою очередь целуя Густава. -- Ты меня так любишь, что я счастливейшая женщина в мире.
Кому никогда не случалось встречать любовь свободную, молодую и доверчивую -- стоило только отворить дверь в комнату модистки и взглянуть на Нишетту, своими полными, белыми руками обнимавшую любимого ею человека.
-- К шести часам будет готово?.. -- спросил Густав, уходя.
-- Все будет готово, -- отвечала Нишетта, -- только присылай скорее кушанье.
Выйдя на улицу, Густав обернулся невольно.