-- Не принять приглашения было бы невежливо. Вы этим покажете, что все еще злы на де Бриона, который подумает, пожалуй, что я вооружаю вас против него. Поверьте мне, Леон, -- продолжала Юлия, -- я вам даю благой совет: не ссорьтесь с де Брионом, напротив, протяните ему руку, докажите ему, что вам не жаль потерянного и что вы счастливы с женщиной, которою он пренебрег. Поезжайте на этот вечер, Леон; поезжайте, прошу вас; наконец, я хочу, чтобы вы там были.
Она нарочно настаивала, чтоб убедить де Грижа в своем сомнении на счет его настоящего желания.
Маркиз был на этом празднике. Он увидел, что Мари похорошела, и пленился ею еще более. Эмануил подошел к нему, протянул руку и как человек с благородной душой, верующий в честность других, сказал ему:
-- Я очень рад видеть вас и надеюсь, с этого дня я буду видеться с вами не только у тестя, но и у себя в доме. На будущую зиму, вероятно, не откажетесь навещать нас? Не правда ли, Мари? -- прибавил Эмануил, обращаясь к жене, проходившей в эту минуту мимо них.
-- Ты советовал маркизу не забывать своих друзей? -- спросила она.
-- Да.
-- И прекрасно делаешь, друг мой, -- прибавила она с той улыбкой, которые многое множество расточает каждая светская женщина в продолжение вечера. Леон поклонился.
"Как доверчив этот человек! -- подумал он. -- Как она любит его!" -- прибавил он, заметив взгляд, брошенный г-жою де Брион на мужа. Праздник кончился в шесть часов утра; Леон оставил его последним.
-- Весело вам было вчера? -- спросила его на другой день Ловели.
-- Клянусь, нет, -- отвечал он.