-- Что вы сделали, сударь! -- вскричала Марианна. -- Дитя мое! Мари, опомнись! Бог милостив, он видит твои страдания, он простит тебя!
-- Мари! -- произнес Леон, становясь перед ней на колени и хватая ее руки. -- Мари, не обвиняйте меня, ведь я любил вас до безумия. Да, я воспользовался вашей слабостью, вашей скорбью, я хотел, чтоб вы были моею. Разве я виноват, что вы прекрасны? Моя ли вина, что я люблю вас? Виноват ли я, что вы носите не мое имя?.. Послушайте, Мари! То, что я хотел два года назад, я хочу еще и теперь; я уважаю и боготворю вас, как святыню. Сделайтесь вы завтра моей женою, и я не вижу предела моему счастью. Я понимаю ваше положение, я знаю, что погубил вас -- но моя любовь остается вам, и она так полна в душе моей, что в состоянии заменить для вас все, что вы теряете. Не будем же думать о прошедшем -- оно умерло, бросим же на него саван забвения и подумаем о будущем, которое еще может нам улыбнуться.
-- Невозможно, -- проговорила Мари.
-- Вы не верите в милость Всемогущего?
-- Я ни во что не верю, менее всего -- в себя, а еще менее -- в вас!
-- Мари, укажите мне возможность возвратить вам ваше счастье, хотя бы оно могло быть куплено ценой крови, моей жизни, моей души! Чтобы спасти вас, я готов оскорбить даже тень моей матери.
-- Матушка, бедная матушка! -- говорила Мари. -- Не умри она, ничего бы подобного не могло случиться. О, небо оставило меня!
-- Мари, минуты дороги! -- прервал Леон. -- Завтра муж ваш узнает все. А знаете ли вы, что будет тогда?
-- Он убьет меня.
-- А что будет со мною?