А между тем ни та, ни другая не трогались с места; им казалось, что среди окружающей их темноты они встретятся с бледным призраком привидения, вызванного их же игрою, и которого появление должно быть ужасно: они близко прижались одна к другой и шепотом обе проговорили: "Мне страшно".
Потом, как бы руководимые одною и тою же мыслью, они взяли несколько сильных аккордов, и под мгновенно раздавшиеся звуки они быстро сбежали с лестницы. На последней ступени остановившись, они прислушались к умирающим звукам и взялись за ручку двери; но в это время они услышали шелест платья и шепот. На этот раз они не могли более сомневаться; никого, кроме них, не могло быть в капелле, и потому они остановились, пораженные ужасом и почти без движения. Страх еще более усилился, когда тот же таинственный голос, приближаясь и делаясь слышнее, проговорил: "Мари!" Молодые девушки были убеждены, что это была тень одного из предков, и с инстинктивною надеждою ребенка, который всегда призывает на помощь тех, кого более любит, Мари вскрикнула: "Мамаша!"
-- Да, это я, -- отвечал тот же голос, в котором теперь она не могла не узнать голоса графини, -- я напугала вас, -- говорила г-жа д'Ерми.
-- Я думаю, -- отвечала Мари, целуя ее.
-- Мы не знали, я и граф, куда вы делись, и вот уже два часа как мы ищем вас повсюду.
-- Где папа? Что он делает?
-- Он плачет.
-- Что заставляет его?..
-- Ты, или, правильнее, вы своею игрою.
-- Добрый папа!