-- Кто из них?..
-- Не знаю!
И действительно, несмотря на прозрачность ночи, не было никакой возможности узнать вышедшего оттуда. Однако взгляд Мари остановился, как прикованный, к этой движущейся тени, которая, казалось, бежала без оглядки. По мере того как тень приближалась к ней, Мари отступила назад, сжимая руками свою горячую голову. Она была близка к помешательству: глаза ее перестали видеть, она чувствовала, как смерть сама готова была овладеть ею; но, сделав над собой нечеловеческое усилие, она раскрыла глаза и увидела освещенный луною бледный лик маркиза де Грижа.
Пронзительный вопль вырвался из груди г-жи де Брион, и она безжизненным трупом повалилась на руки Марианны.
VII
Когда г-жа де Брион пришла в чувство, она увидела себя сидящею на краю дороги, прислонившись спиною к дереву. Марианна возилась около нее, а Леон, мрачный, бледный, стоял поодаль.
-- Оставьте меня, оставьте! -- были первые слова молодой страдалицы, когда она увидела перед собой убийцу своего мужа.
-- Я исполню вашу волю, -- отвечал Леон взволнованным голосом, -- ибо сам знаю, что после этого мы не можем и не должны более видеться; но перед вечной разлукой с вами я хочу оправдать себя в преступлении, которое вам угодно приписывать мне. Не дотрагиваясь еще до оружия, я предлагал г-ну де Бриону все возможное, чтоб только этот поединок не был приведен в исполнение; но на мои предложения он отвечал оскорблением. Будучи на его месте, я действовал, быть может, точно так же. Делать было нечего, мы взяли оружие, но и тогда, когда по сигналу раздался его выстрел, моя рука оставалась неподвижною. Пистолет его не был заряжен -- я остался невредим. Тогда, положив на стол свой пистолет, я сказал вашему мужу: "Ничто в свете не заставит меня быть вашим убийцей!" Он схватил пистолет и отвечал мне: "Решившись отнять честь, нечего жалеть жизни; эта жизнь, которую вы оставляете мне, как милостыню, слишком постыдна, чтоб я мог согласиться воспользоваться ею. Вы можете пощадить ее; но я должен умереть". И вслед за тем он размозжил себе голову, прежде чем я успел сделать движение, чтоб удержать его руку... Вот истинный ход дела, сударыня, верьте мне, ибо в подтверждение правды я клянусь именем и могилой моей матери.
Сказав это, Леон удалился.
-- У него не хватило мужества жить, -- проговорила г-жа де Брион, -- следовательно, он не любил меня!