Когда онъ умолкъ, въ концѣ аллеи вдругъ показалась величественная фигура Орели. Она только что посѣтила милыхъ сердцу мертвецовъ, тамъ въ углу кладбища, у "Стѣны"; она шла точно въ забытьи, съ опущенными глазами. Приблизившись къ друзьямъ Косталлы, стоявшимъ передъ склепомъ, она подняла голову, увидѣла этихъ плачущихъ людей, этотъ гробъ, эту большую серебряную доску на его крышкѣ съ крупно выгравированнымъ именемъ покойнаго, эту груду букетовъ и вѣнковъ. Ея трагическое лицо не дрогнуло: только, подойдя ближе, она уронила скорѣе, чѣмъ бросила, на гробъ одинъ цвѣтокъ красной иммортели, который она держала въ рукахъ, и молча пошла далѣе, не оглядываясь.
Конецъ.
"Сѣверный Вѣстникъ", NoNo 1--4, 1890