-- Не говорите со мной! -- вскричала его достойная супруга. -- Мне кажется, что прошла уже целая вечность!
-- Да, и мне время показалось долгим, -- проговорил бывший лоцман, расхрабрившись.
-- Вот это прекрасно! -- вскричала м-сс Пепперь и сделала два решительных шага по направлению к нему. -- Скажите уж прямо, что я вам надоела! Что вы сожалеете, что женились на мне! Трус вы, и больше ничего! О, если бы бедный мой первый муж был жив и сидел в этом кресле вместо вас, как бы я была счастлива!
-- Если ему есть охота прийти и занять его, милости просим, -- отвечал Пеппер. -- Кресло мое, и принадлежало еще отцу моему до меня, но никому на свете я не уступил бы его так охотно, как твоему первому супругу! О, он знал, что делает, когда "Дельфин" потерпел крушение; он был себе на уме! Но я не виню его, однако.
-- Что вы хотите сказать? -- спросила жена.
-- Я уверен, что он не утонул тогда с "Дельфином", -- сказал Пеппер, проходя поспешно через комнату и хватаясь за ручку двери, ведшей на лестницу.
-- Не утонул? -- повторила жена его с презрением. -- Так что же с ним сделалось? Где же он находится все эти тридцать лет?
-- Прячется! -- злобно выпалил Пеппер и быстро поднялся наверх.
Комната верхнего этажа была полна воспоминаний о дорогом покойнике. Портрет его масляными красками висел над камином; маленькие портреты -- образцы неумелости и безвкусия фотографа -- красовались по всем стенам, между тем как разные лично покойному принадлежавшие предметы, в том числе и мамонтообразная пара морских сапог, помещались в углу. Взгляд Джаксона Пеппера остановился на всем этом с видом искреннего сожаления и раскаяния.
-- Вот была бы штука, если бы он-таки появился, в конце концов! -- сказал он потихоньку сам себе, садясь на край постели. -- Я читал в книгах про такие случаи. И уж верно она была бы разочарована, если бы увидала его теперь. Тридцать лет должны сколько-нибудь изменить человека.