Для м-сс Спригс послужило некоторым утешением то обстоятельство, что м. Августус Прайс выбрал, в конце концов, удобную минуту для своего появления. Два дня спустя, пока она сидела за чаем со своим супругом, послышался тихий стук в дверь, и беспокойное лицо со слегка бегающими глазами просунулось в комнату.
-- Эмма! -- произнес печальный голос, между тем как верхняя часть туловища непрошеного гостя последовала за лицом.
-- Гусси... -- проговорила м-сс Спригс, вставая в сильном волнении.
М. Прайсь втянул свои ноги в комнату, притворил дверь с особенным тщанием, провел рукавом куртки по глазам и воззрился с нежностью на своих родственников.
-- Я вернулся домой умирать, -- проговорил он медленно и, пройдя шатаясь через комнату, обнял свою сестру с большим умилением.
-- От чего же это ты собрался умирать? -- спросил м. Спригс, неохотно принимая протянутую ему руку.
-- От разбитого сердца, Джордж, -- отвечал его шурин, падая в кресло.
М. Спригс что то буркнул и, отодвинув свой стул подальше, следил за незваным пришельцем, пока жена ставила перед ним тарелку. Тревожный взгляд жены напомнил ему их уговор для данного случая, и он откашлялся несколько раз подряд, в тщетных попытках заговорить.
-- Мне очень жаль, что мы не можем пригласить тебя пожить с нами, Гусси, в особенности, если ты так болен, -- сказал он, наконец, -- но может быть ты почувствуешь себя лучше, после того как немного закусишь?
М. Прайс, только что собиравшийся взять кусок хлеба с маслом, остановился и, закрыв глаза, испустил слабый стон.