-- Подать ихъ сюда!-- рычалъ старикъ.-- Дайте мнѣ этого -- съ рыжими усами, и я покажу ему!!
-- Въ чемъ дѣло, м-ръ Тоддъ?-- спросилъ хозяинъ, становясь въ дверяхъ и загораживая ее своею особою отъ старика, пытавшагося проникнуть въ домъ.-- Что онъ вамъ сдѣлалъ?
-- Сдѣлалъ?..-- повторилъ возбужденный до крайности м-ръ Тоддъ.-- Онъ имѣлъ наглость... Нѣтъ! Подайте мнѣ его сюда! Я сниму съ него живого шкуру... Боится, небось?
-- Что вы ему сдѣлали?-- обратился капитанъ Брискетъ въ поблѣднѣвшему м-ру Чоку.
-- Ничего,-- послѣдовалъ отвѣтъ.
-- Выйдетъ ли онъ, наконецъ?-- повторялъ грозный голосъ.-- Я переломаю ему всѣ ребра...
М-ръ Стобелль стоялъ въ недоумѣніи, но когда взоръ его упалъ на улыбающіяся лица согражданъ м-ра Тодда, его собственныя черты прояснились.
-- Онъ -- старикъ,-- проговорилъ онъ медленно,-- но если кто-нибудь изъ васъ пожелаетъ стать на его мѣсто, пусть онъ скажетъ одно словечко... Я готовъ раздѣлаться съ нимъ.
Въ виду того, что никто не отозвался на это приглашеніе, онъ отвернулся и, войдя въ столовую, сѣлъ рядомъ съ негодующимъ Тредгольдомъ. М-ръ Тоддъ, истощенный послѣднею вспышкою, сразу осѣлъ и, хотя не безъ сопротивленія, но дозволилъ себя увести.
-- Вы предложили ему семьдесятъ фунтовъ?-- обратился Брискетъ къ м-ру Чоку.