Способ, каким капитан "Бесстрашного" пробирался по пристани, несомненно напоминал скорее приемы охотника за оленями, чем мирного, прозаичного хозяина судна, возвращающегося на свой корабль. Он прокрался сначала вокруг пирамиды пустых ящиков, спрятался за пустую бочку, юркнул оттуда к фонарному столбу и, наконец, из глубоких недр парового подъемного крана, окинул украдкой мелодраматическим взглядом палубу своего судна.
Обыкновенный наблюдатель не нашел бы нигде ни малейшего повода к таким тревожным предосторожностям. Палуба была, правда, несколько скользкая, но опасная разве только для неопытного новичка; люки были закрыты, и в освещенной кухне можно было издали разглядеть повара, двигавшегося вокруг своей плиты с спокойной неторопливостью, обличавшей в нем сознание полной безопасности и ничем невозмущенную совесть.
Бросив последний робкий взгляд назад шкипер спустился с крана и легко ступил на палубу.
-- Шт! -- сказал повар, спокойно выходя из кухни, -- я все караулил, когда вы вернетесь.
-- Чертовски хорошее у тебя понятие о карауле, -- с раздражением проговорил шкипер. -- Ну, что такое?
Повар ткнул пальцем по направлению к каюте. -- Он там, внизу, -- прошептал он хриплым шепотом. -- Помощник сказал, чтобы вы подошли к лестнице, когда вернетесь, и просвистали: "Good sow the king" [ иск. "God Save the King" (Боже храни короля), гимн Великобритании ], и тогда он выйдет к вам и вы решите, что надо делать.
-- Просвистать! -- проговорил шкипер, тщетно стараясь увлажнить языком свои пересохшие губы. -- Да я не мог бы теперь свистнуть даже для спасения своей жизни!
-- Помощник не знает, что делать, а это был бы ваш сигнал, -- продолжал повар. -- Он там с ним, внизу, поит его и забавляет.
-- Ну так ступай ты и просвисти, -- сказал шкипер.
Повар обтер рот задней стороной руки. -- А как это будет? -- спросил он тревожно. -- Никогда не могу запомнить все эти напевы.