-- Ну, хороша для меня ответственность! -- сказал шкипер, и затем позвал своего помощника, который только что вышел на палубу, и спросил его совета. Помощник был очень строгий и совестливый человек -- для помощника -- и это его так поразило, что он сначала даже не мог говорить.
-- Ее придется отделить, -- сказал он наконец.
-- Конечно придется, -- сказал шкипер, и позвал меня и велел очистить для нее свободную каюту (мы брали иногда и пассажиров на бригъ) и отнести туда ее сундук.
-- У вас верно найдется там какое-нибудь платье? -- спросил он как-то озабоченно.
-- Только вот такое, -- отвечала мисс Мало застенчиво.
-- И пришли мне сюда Доусета, -- прибавил шкипер, обращаясь ко мне.
Мы почти вытолкнули на палубу бедного Биля, и по тому, как шкипер накинулся на него, можно было подумать, что он величайший злодей в мире! Он уже просил прощенья у барышни, и так, и этак, а когда вернулся к нам, то был до того смущен, что просто уж не помнил, что говорить, и даже извинился перед своим братом матросом, за то, что наступил ему на ногу.
Тогда шкипер провел мисс Мало вниз, на ее новую квартиру, и к величайшему своему удивлению подметил, как третий офицер, большой любитель дамского общества, отплясывал себе какого-то трепака в пустой кают-компании.
В этот самый вечер шкипер и помощник составили между собой комитет, чтобы решить, что делать. Все, что ни посоветует помощник, то шкипер сейчас же осуждает, а если шкипер что-нибудь предложит, помощник немедленно заявляет, что это невозможно. И после того как комитет заседал три часа подряд безуспешно, они начали браниться; по крайней мере шкипер ругал помощника, а тот все повторял, что если б не дисциплина, он назвал бы такого человека, который сказал бы шкиперу две -- три вещи, которые ему было бы очень полезно выслушать.
-- Ей нужно иметь костюм, говорят вам, -- кричал шкипер очень разгоряченный, -- или по крайней мере хоть платье!