Шкипер так был поражен этими словами, что не только запретил всякую игру, но еще не позволил молодым людям говорить с девушкой иначе, как за столом или во время общего разговора. Никому из них это не понравилось, хотя девушка и сделала вид, что довольна, и в продолжение целой недели в нашей каюте царствовала тишина, чтобы не сказать -- скука.
Все опять пошло по-старому после одного очень любопытного случая. Я только что подал в каюту вечерний чай и остановился у палубной лестницы, чтобы пропустить шкипера и м. Фишера, как вдруг мы услыхали звук громкой пощечины. Все мы сразу бросились в каюту, и там увидали помощника, который держался рукой за щеку с таким видом, будто его оглушил громовый удар, и мисс Мало, которая так и сверкала на него глазами.
-- Мистер Джаксон! -- говорит шкипер страшным голосом, -- что это значит?
-- Спросите у нее, -- кричит помощник. -- Она должно быть с ума сошла, или что-нибудь такое!
-- Что это значит, мисс Мало? -- говорит шкипер.
-- Спросите у него, -- отвечает мисс Мало, дыша тяжело и прерывисто.
-- Мистер Джаксон, -- говорит шкипер очень строго, -- что вы такое наделали?
-- Ничего! -- завопил помощник.
-- Неужели то, что я слышал, была пощечина? -- говорит шкипер.
-- Да, пощечина, -- отвечает помощник, скрежеща зубами.