Муж ее отличался бешеным характером. Однажды в запальчивости муж столкнул ее с лестницы -- и она, сломав ногу, сделалась калекой. Затем на нее обрушилась новая беда: муж ее, уличенный в тяжких преступлениях, был приговорен к пожизненному тюремному заключению. Муж вскоре умер, и она осталась без средств с маленьким сыном на руках. Мадам Жозен стала "прачкой тонкого белья" и поселилась в предместье Нового Орлеана -- Гретне.
Она и сын жили в одноэтажном домике, где было две комнаты и каморка, служившая кухней. Вход был прямо с улицы, стоило подняться на две ступеньки и войти в окрашенную зеленой краской дверь.
В описываемый вечер госпожа Жозен сидела на крыльце и беседовала с соседками. Ее дом одним углом выходил на улицу, которая вела к спуску на паром. Жозен доставляло большое удовольствие сидеть на ступеньках у входа в дом и наблюдать за прохожими.
В этот июльский вечер было душно. Мадам Жозен чувствовала непонятную усталость и находилась в прескверном расположении духа.
Соседки скоро разошлись. Она осталась совершенно одна и принялась зевать.
-- Мало кто сегодня приехал, -- сказала Жозен, вглядываясь в небольшую группу пассажиров, которые с мешками и узлами спешили к парому.
Через несколько минут прохожих не стало. Начало темнеть.
"Кто же это? -- раздумывала Жозен, всматриваясь в приближающиеся к ее дому две фигуры: женщина в трауре с маленькой девочкой. -- Это тоже приезжие; но почему же они не торопятся? Паром уйдет без них... Наверняка они опоздают!"
Вблизи показались знакомые нам мать и белокурая девочка, которые только что сошли с поезда. Девочка в одной руке тащила корзину, а другой держалась за платье матери. Видно было, что они растерялись, оказавшись в незнакомом месте.
-- Остановимся, мама! Отдохни! -- проговорила девочка умоляюще.