-- Леди Джен! Самое подходящее имя! Присядьте, по крайней мере! Ведь вы устали?
-- Я голодна, мне хочется есть! -- откровенно заявила девочка.
Жозен сделала гримасу, вспомнив, что у нее в буфете пусто. Чтобы развлечь ребенка, она продолжала болтать, не умолкая. Раздался свисток приближающейся паровой лодки. Больная торопливо стала надевать шляпу, а девочка схватила одной рукой дорожный мешок, в другую взяла корзину и весело закричала:
-- Скорей, скорей, мама, пойдем!
-- Но что с вами? -- воскликнула Жозен. -- Как вы бледны! Как осунулись! Нет, вам не дойти даже с моей помощью. Как жаль, что Раста дома нет! Он у меня такой сильный, на руках бы отнес вас в лодку...
-- А может, я дойду и сама, попробую, -- пробормотала больная, поднялась, закачалась и, как сноп, упала на руки Жозен.
В первую минуту хозяйка дома растерялась, затем уложила молодую женщину в постель, расстегнула платье и осторожно начала снимать с нее одежду. Несмотря на хромоту, Жозен была очень сильна. Не прошло и четверти часа, как больная уже лежала на чистой простыне, покрытая легким одеялом. Малютка Джен, припав к холодным рукам матери, горько плакала.
-- Не плачьте, моя крошка, не плачьте! -- уговаривала Жозен. -- Помогите мне обтереть маме спиртом лоб. Ей сразу станет легче. Ей теперь необходимо спокойно полежать, -- она скоро уснет.
Девочка отерла слезы, сняла шляпу и серьезно, как взрослая, отперла дорожный мешок.
-- Вот нюхательные соли и одеколон, -- сказала она, доставая их из мешка, -- намочите носовой платок. Мама это любит.