-- Я вам должна за уроки музыки. Вы занимались с леди Джен в течение нескольких месяцев и имеете право требовать причитающиеся вам за труд деньги.
-- Позвольте, госпожа Жозен! Тут, верно, какое-нибудь недоразумение, -- дрожащим от волнения голосом возразила мисс Диана. -- Мне никогда и в голову не приходило брать деньги за обучение девочки, с которой я занималась с истинным удовольствием. Если я давала ей уроки, то делала эго по собственному желанию. Надеюсь, что и вы не воображали, будто я жду за это платы.
-- Напротив, я была уверена, что вы ждете вознаграждения. С какой стати вы будете учить леди Джен даром, когда я в состоянии платить за уроки?
Жозен вытащила пачку банковских билетов и вызывающе подала их Диане.
-- Вы в затруднительном положении, и вам нельзя отказываться от денег; я очень довольна, что могу сейчас же расплатиться с вами. Вы действительно хорошая учительница музыки. Успехами моей девочки я вполне довольна.
В первую минуту Диана была ошеломлена наглостью и дерзостью торговки, но затем сказала:
-- Весьма сожалею, что вы приняли меня за платную учительницу леди Джен. Благодарю вас, но повторяю: я не возьму денег.
-- А я все-таки настаиваю, чтобы вы приняли от меня деньги. -- И Жозен, к великому удивлению мисс Дианы, вторично протянула толстую пачку банковских билетов.
-- Уверяю вас -- это невозможно, -- сказала Диана, -- нечего об этом и толковать. Позвольте отворить вам калитку.
-- Хорошо, хорошо, -- надменно ответила Жозен, -- но знайте, что с этих пор я не позволю своей племяннице ходить к вам. Я не привыкла что-либо получать даром от других. Если девочке нужно брать уроки, я добуду учительницу, но не такую, что считает унизительным брать деньги за свой труд.