Сходни с грохотом ложатся мостом между прошлым и будущим. К сходням подходят трое людей. На них аккуратная форма, зеленые фуражки, оружие. Мозг Джемса прорезывает страшная мысль:
— Вот они. Вот его смерть.
Эмигранты радостно устремляются к сходням. Их волна захватывает Пукса, влечет за собой; Джемс отбивается, старается вырваться из людского потока, прижимается к борту, но тщетно… Сходни все ближе, ближе, уже видны светлые усы одного из чекистов, Джемс уже чувствует дыхание смерти, Джемс мысленно видит картину своего расстрела, и — нервы юного британца не выдерживают пытки, ожидания, волнения последних недель и страха.
С истерическим криком Джемс кидается к одному из агентов, падает перед ним на колени, и крики, музыку, пение, топот людей и речи разрывает, как вспышка молнии, вопль:
— Не убивайте меня!
Вокруг Джемса собирается кучка людей. Лица всех внимательны. Спутники Джемса рассказывают:
— …И на пароходе он вел себя странно… Плакал, дрожал… Это — высланный из Египта индусский коммунист… Ни с кем не разговаривал… Всех боялся… Очевидно, так измучен вниманием английской полиции, что…
Сильные руки поднимают Джемса с колен. Кто-то подает ему воду, кто-то ласково и крепко похлопывает по плечу:
— Ничего, у нас ты отойдешь, товарищ. У нас ты отдохнешь и поправишься.
Агент отмечает в списке против фамилии Тама-Рой — «прибыл», Джемса берут под руку, ведут к экипажу, и он слышит английскую фразу, обращенную к нему: