При входѣ Дарвеля Антуань всталъ и протянулъ ему руку, но съ такимъ нервнымъ движеніемъ, что англичанинъ, привыкшій къ его обычному хладнокровію, былъ сильно пораженъ.
-- Вы, кажется, не въ духѣ, г. де-ла-Гуппъ, сказалъ онъ:-- уже не измѣнила ли вамъ Фигурина, или не ужинали ли вы вчера съ веселыми сотрудниками "Радикальной Мельницы" и не ощущаете ли послѣдствій вчерашняго кутежа?
-- Нѣтъ, надъ моей головой не разразилось ни одно изъ этихъ несчастій, мистеръ Дарвель, отвѣчалъ Антуань, подавая гостю коробку съ папиросами: -- присядьте, пожалуйста. Но я обдумывалъ лучшій способъ убить ближняго.
-- Чортъ возьми, да это трагедія. А можно спросить, кто предметъ вашихъ кровавыхъ намѣреній?
-- Его зовутъ Козмо.
-- Козмо! Вы знаете Козмо?
-- Нѣтъ, я его никогда не видалъ и не желаю видѣть. Я его ненавижу, не зная.
-- Какъ? У васъ также были акціи въ Тарентскихъ рудникахъ?
-- Въ Тарентскихъ рудникахъ? Я не имѣю никакого понятія о вашихъ Тарентскихъ рудникахъ, мистеръ Дарвель; Козмо, о которомъ я говорю, уполномоченный и другъ кардинала Беретты. Онъ такъ обошелъ и околдовалъ мою маркизу, что она нанесла мнѣ сегодня такое тяжкое оскорбленіе, какого я никогда въ жизни не испытывалъ. Можете себѣ представить, она сдѣлала мнѣ самую ужасную сцену за то, что я, самый пламенный ея поклонникъ и самый искренній другъ ея дома, осмѣлился въ очень почтительныхъ выраженіяхъ намекнуть, что этотъ Козмо, о которомъ никто никогда не слыхалъ, не можетъ быть соперникомъ Альфонса Ротшильда и врядъ ли одержитъ побѣду надъ соединенными силами всѣхъ парижскихъ финансистовъ. Можно ли хладнокровно вынести подобное оскорбленіе?
-- Значитъ, есть что-то въ воздухѣ, замѣтилъ Антуань.