-- Вы должны предупредить маркиза.
-- Маркизъ человѣкъ осторожный и здравомыслящій, но онъ не устоитъ, если маркиза поведетъ на него осаду по всѣмъ правиламъ искусства. Конечно, я беру на себя его предупредить, но не ручаюсь за результатъ. Нѣтъ ли другого способа сдѣлать шахъ и матъ этому Козмо? Онъ итальянецъ, не убилъ ли онъ кого-нибудь? Не можетъ быть, чтобъ итальянскій банкиръ достигъ зрѣлыхъ лѣтъ, ни разу не обанкрутившись, или не попавъ на скамью подсудимыхъ за мошенничество?
-- Полноте шутить, это дѣло серьёзное. Намъ надо дѣйствовать энергично. Я наведу о немъ справки у Ротшильдовъ, въ Генуѣ, Римѣ, Миланѣ и Флоренціи, гдѣ онъ родился. Намъ надо разузнать всю его подноготную. Я убѣжденъ, что это тайное слѣдствіе раскроетъ такіе факты въ его прежней жизни или въ теперешнемъ его положеніи, что маркиза откажется отъ всякаго содѣйствія подобному авантюристу.
-- Хорошо. Я вашъ вѣрный союзникъ. Онъ вонзилъ мнѣ въ сердце кинжалъ и можетъ помѣшать осуществленію вашего собственнаго проэкта общей католической ассоціаціи. Между нами и Козмо борьба будетъ на смерть. Мы его задушимъ. Но вотъ и время завтрака. Пойдемте къ маркизѣ. Но, конечно, при ней ни слова объ этомъ предметѣ.
-- Еще бы!
V.
Козмо установляетъ нравственное равновѣсіе.
Небесныя свѣтила, если вѣрить пророчицѣ Деворѣ, вышли изъ своихъ орбитъ, чтобъ нанести пораженіе врагамъ еврейскаго народа. Эти же небесныя свѣтила, вѣроятно, покровительствовали сеньору Козмо, потому что въ ту самую минуту, какъ мистеръ Дарвель и Антуань Де-ла-Гуппъ обсуждали наилучшій способъ помѣшать осуществленію его проэкта, слѣпой случай бросилъ въ руки ловкаго итальянца могучее орудіе, чтобъ взорвать мину, которую они хотѣли повести противъ него.
Козмо былъ очень дѣятельный человѣкъ. Въ шесть часовъ утра онъ уже былъ на ногахъ и за работой, такъ какъ онъ самъ лично велъ свою громадную корреспонденцію. Въ половинѣ двѣнадцатаго онъ сошелъ внизъ къ завтраку, заплатилъ свои пять франковъ и разсѣянно сѣлъ къ одному изъ столовъ. Онъ былъ занятъ. Его могучій умъ работалъ надъ изобрѣтеніемъ всѣхъ сложныхъ колесъ той гигантской машины, которая должна была осуществить его великую идею. Онъ не обращалъ никакого вниманія на окружающихъ. Пробѣжавъ глазами menu и заказавъ наудачу два блюда, онъ принялся машинально за закуску, какъ неожиданно услышалъ мелодичный женскій голосъ, говорившій ему по-итальянски:
-- Вы меня не узнаете, сеньоръ Франческо?